Подпишитесь на рассылку новостей
Подписаться
#247Ноябрь 2021

Энергокризис в зеркале 1973 года

вернуться к содержанию

Нехватка газа во всем мире при росте спроса достигла кризисного уровня в октябре и может обостриться. Подобная ситуация уже возникала — ​в 1973 году. Тогда цена на нефть выросла втрое, а одним из последствий стало увеличение числа новых атомных блоков. Попробуем разобраться, насколько текущие процессы похожи на события почти полувековой давности (по иронии судьбы, тот кризис тоже разыгрался в октябре), и следует ли ждать принятия решений по строительству в мире новых блоков.

Предпосылки кризиса

«С одной стороны, наблюдался всемирный экономический бум с высоким уровнем инфляции и даже еще более высокими темпами роста использования ресурсов, с другой, сокращение американских нефтяных резервов и катастрофический рост как американского импорта, так и всемирного энергопотребления. Более того, в индустриальном мире новое экологическое сознание начало влиять на государственную политику и форсировать перемены в корпоративных стратегиях». Это цитата из книги Дэниела Ергина «Добыча» о событиях начала 1970‑х. И поразительно, до какой степени ключевые характеристики той ситуации похожи на те, что сложились к осени 2021 года.

Всемирный банк в июньском прогнозе заявил, что в 2021 году мировая экономика вырастет на 5,6 % — ​самый высокий показатель восстановления после рецессии за последние 80 лет. Быстрее всех по прогнозу вырастет Китай — ​на 8,5 %. И хотя во втором полугодии темпы роста снизились, в Китае считают рост в 8 % достижимым. Всемирный банк оценил в 8,3 % рост экономики Индии, США — ​на 6,8 %, Аргентины — ​6,4 %. Оценка роста для Турции — ​5 %, но президент страны говорит о «двузначном росте». МВФ повысил оценку ВВП в России с 4,4 % до 4,8 %.

О росте спроса на самый популярный в настоящее время энергоноситель — ​газ — ​убедительно свидетельствует, в частности, состояние газохранилищ в Европе, уровень заполнения которых сейчас оценивается как «крайне низкий». В сентябре самое крупное в Европе хранилище Rehden было заполнено всего на 9,47 %. Растет потребление и на другой стороне планеты. В октябре импорт природного газа в Китай составил 9,38 млн тонн. Это на 24,6 % больше, чем годом ранее.

Любопытно, что даже по экологическому параметру между газом сейчас и нефтью полвека назад есть очевидное сходство. «Движение в защиту окружающей среды сказалось на многих аспектах энергетического баланса. Ускорился отход от использования угля, росла опора на более чисто сгоравшую нефть», — ​пишет Дэниел Ергин. Газ до недавнего времени оценивался как переходный энергоресурс на пути к безуглеродному будущему. Однако с начала ноября появились предпосылки к тому, что природный газ будет считаться базовым энергоносителем по крайней мере в Германии — ​законодательнице энергетической моды в Европе (подробнее ниже).

Похожи и методы, которыми власти предлагают решить энергетический кризис. «В апреле 1973 года… Эйкинс, теперь уже в положении сотрудника аппарата Белого дома, снова попытался предпринять действия по борьбе с надвигавшимся кризисом. Он подготовил секретный доклад с целым рядом предложений, среди которых были более широкое использование угля, создание синтетических видов топлива, более жесткие меры экономии (включая высокий налог на бензин) и резкое повышение ассигнований на НИОКР с тем, чтобы выйти из-под власти углеводородов». Сейчас с той же целью ведутся разработки технологий по производству водорода. В Китае, где с нехваткой электроэнергии уже столкнулись, предлагают обеспечивать ею прежде всего китайских потребителей и только во вторую очередь — ​предприятия зарубежных собственников. В японских СМИ тоже появились предположения о том, как распределять электроэнергию, если ее не будет хватать на всех: «Сумико Такеучи из Международного института экономики окружающей среды говорит, что мы также должны рассмотреть возможность обращения к крупным фабрикам с просьбой приостановить работу», — ​отмечает портал fnn.jp.

Кризисный эффект

Формой кризиса 1973 года стало сокращение поставок и вызванный им ажиотажный спрос на нефть. «Страх и неопределенность проникали всюду, — ​они как бы сами себя порождали. И нефтяные компании, и потребители отчаянно искали возможность получить дополнительный объем нефти не только для удовлетворения существовавшего спроса, но и для создания запасов, стремясь обезопасить себя и от возможного роста дефицита, и от неизвестности будущего. Лихорадочные закупки означали дополнительный спрос на рынке», — ​пишет Дэниел Ергин. Тогда цены вырастали на 600 % от докризисной цены в начале октября 1973 года.

1 октября 2021 года цена на газ на лондонской бирже превысила 1200 долларов за 1000 куб.м — ​при том, что за последние почти восемь лет цена не превышала 400 долларов, а в середине 2020 года даже падала ниже 100 долларов за 1000 куб.м. Отсюда — ​нервозность всех участников рынка, обвинения в адрес России как одного из ключевых поставщиков газа, опровержение этих обвинений другими представителями тех же или других стран, совещания, закрытия мелких энергокомпаний, приостановки производств и споры о том, что делать дальше.

Атом в фокусе

Одним из способов снизить зависимость от нефти после кризиса 1973 года стали решения активно строить новые атомные станции. Такую стратегию выбрали Франция и Япония. Во Франции, например, в 1980‑х годах, согласно данным PRIS, были введены в эксплуатацию 43 атомных энергоблока. Первый бетон на всех, даже запущенных в 1980 году, был залит после 1973 года. В Японии в эти же годы были построены 17 атомных энергоблоков. В США у 31 блока из 47‑ми, подключенных к сети в 1980‑е годы, первый бетон был залит после кризиса 1973 года.

Возникает закономерный вопрос: а может ли нынешняя ситуация в энергетике привести к похожим последствиям для атомной промышленности, как и полвека назад?

С таким вопросом мы сначала обратились через Kissinger Associates к Генри Киссинджеру, который играл ключевую роль в разрешении мирового энергетического кризиса с октября 1973 года (напомним, тогда же разыгрался Уотергейтский скандал, который подорвал доверие к президенту Никсону и резко сузил его возможности влиять на ситуацию). К сожалению, господин Киссинджер на вопросы не ответил.

Но другие опрошенные эксперты согласились с тем, что такой сценарий вполне возможен, потому что климатический фактор наложился на экономический.

«Вы в целом правы. В мире явно наблюдается попытка ренессанса атомной энергетики, хотя это широко и не афишируется. Первый вице-президент Еврокомиссии Франс Тиммерманс, отвечающий за «Зеленую сделку», заявил, что ЕС окажет помощь в возобновлении проекта АЭС в Болгарии. Великобритания и Франция заявили, что поставят атомную энергетику в основу стратегии по достижению нулевых выбросов углерода. Даже Япония теперь считает, что перезапуск АЭС является ключом к достижению целевых показателей выбросов углерода», — ​отметил украинский политический эксперт Дмитрий Джангиров.

«Соглашусь с вашим выводом. Похоже, что на фоне роста цен на газ и электричество европейские политики меняют отношение к атомным технологиям, судя по тому, что в последнее время говорили и писали Урсула фон дер Ляйен и Франс Тиммерманс», — ​сообщила старший аналитический директор группы корпоративных кредитных рейтингов и рейтингов инфраструктуры S&P в Москве Елена Ананькина.

События октября и ноября показывают, что в мире действительно может начаться новое масштабное строительство АЭС.

Самые масштабные планы у Китая: по информации Bloomberg, Поднебесная планирует построить как минимум 150 реакторов за ближайшие 15 лет. «Это может стоить до 440 миллиардов долларов; уже в середине этого десятилетия Китай превзойдет США как крупнейший в мире генератор ядерной энергии», — ​отмечает издание.

Президент Франции Эммануэль Макрон в обращении к нации 9 ноября заявил, что Франция впервые за десятилетия возобновит строительство ядерных реакторов. Новые атомные блоки вкупе с возобновляемой энергетикой позволят «обеспечить энергетическую независимость и достаточный объем электроэнергии». Ранее в октябре он заявил, что атомные станции можно использовать и для производства безуглеродного водорода методом электролиза. Для этого по плану будут построены одна АСММ и две «мегафабрики».

В октябре же представители правительства десяти европейских стран (Болгарии, Хорватии, Чешской Республики, Финляндии, Франции, Венгрии, Польши, Румынии, Словакии и Словении) опубликовали в крупных европейских газетах совместное заявление, где призвали активизировать использование атомной энергетики для защиты от волатильности цен на энергоносители и включить ее в Европейскую Таксономию. «Совершенно необходимо, чтобы ядерная энергия была включена в европейскую таксономическую структуру к концу 2021 года», — ​говорится в заявлении. Требование авторы письма обосновывают многими выгодами атомной генерации: «Это чистый, безопасный, независимый и конкурентоспособный источник энергии. Она дает нам, европейцам, шанс продолжить развитие отрасли с высокой добавленной стоимостью, создать тысячи квалифицированных рабочих мест, укрепить наши экологические амбиции и обеспечить стратегическую и энергетическую автономию Европы. Давайте не упустим такую важнейшую возможность».

О новом строительстве говорят и в Великобритании. «Правительство заявило, что ядерная энергетика жизненно важна для планов по достижению нулевых выбросов к середине этого столетия. Власти изо всех сил пытаются реализовать крупномасштабные проекты. Толчок к развитию атомной энергетики происходит в то время, когда Британия борется с энергетическим кризисом, а рост цен на природный газ и электроэнергию увеличивает риск отключения электроэнергии этой зимой», — ​отмечает Bloomberg в контексте планов по возобновлению строительства АЭС Wylfa в Уэльсе.

В Европе, правда, не все страны разделяют уверенность в необходимости начать строительство новых блоков. «Не думаю, что политические решения о выводе из эксплуатации АЭС в Германии, Бельгии или Швейцарии можно развернуть или остановить», — ​считает Елена Ананькина.

По-видимому, нежелание Германии сохранять атомную генерацию, пусть даже в ущерб устойчивости энергосистемы страны, объясняется прямым доступом к газу — ​и ставкой на него: «В Германии в ближайшие годы развернется широкомасштабное строительство новых газовых электростанций. Именно им будет поручено подстраховать возобновляемую энергетику в условиях закрытия АЭС и форсированного отказа от угольной генерации электроэнергии. Таков, судя по всему, стратегический план еще не сформированного следующего правительства ФРГ, и он пользуется очевидной поддержкой немецкого большого бизнеса», — ​сообщает DW. «Мы еще длительное время будем пользоваться газом и будем также строить новые газовые электростанции, поскольку они являются предпосылкой для того, чтобы мы вообще смогли осилить этот период изменений», — ​приводит издание слова будущего канцлера Германии Олафа Штольца. Вот цифры: для удовлетворения растущего спроса к 2030 году мощности газовых ТЭС должны вырасти до 74 ГВт с нынешних 31 ГВт.

Однако, как отмечает Дмитрий Джангиров, у АЭС есть преимущество — ​отсутствие привязки к трубе. АЭС можно построить где угодно, поэтому в других странах, которым приходится иметь дело с аппетитами германских газовых трейдеров, АЭС может быть более интересна.

В конкуренции газа и атома есть еще один аспект: возможность загрузить заказами локальные производственные мощности. Иными словами, если страна может произвести большую долю оборудования для АЭС у себя, ей будет выгодно развивать именно этот вид генерации. Это один из аргументов в поддержку возрождения атомной энергетики в Японии, которые звучат в японских СМИ: «Уровень внутреннего производства атомных электростанций в Японии составляет около 99 %. В отличие от импорта из Китая почти 85 % фотоэлектрических панелей», — ​отмечается в статье на портале plaza.rakuten.co.

Резюмируем: как и полвека назад, энергетический кризис, вызванный ростом спроса на фоне экономического роста, по-видимому, уже привел к принятию решений о строительстве новых атомных блоков в странах, которые обладают достаточными ресурсами и компетенциями. Для тех стран, где пока недостаточно общественной поддержки (как в Японии или Казахстане) или собственных финансовых ресурсов и технологических компетенций (как в странах Центральной Европы), необходимы дополнительные факторы поддержки. В первом случае — ​это большая работа по повышению общественного доверия. Во втором — ​включение атома в Таксономию, которое позволит получать финансирование на льготных условиях.

А что же США? Принятие решений о новых стройках здесь затрудняется отсутствием компании, которая могла бы построить АЭС, и новых реакторных технологий, которые можно предложить заказчикам — ​коммунальным компаниям. Здесь давно не строят регулярно. В XXI веке к сети был подключен только один новый блок — ​Watts Bar‑2. А предпоследний блок, Watts Bar‑1, сдали в эксплуатацию в 1996 году.

Поэтому можно признать, что обеспечение целей устойчивого развития (куда входят энергетическая безопасность, безуглеродность и обеспечение чистого воздуха и воды) с помощью ядерных технологий возможно. Для этого необходимо лишь достичь технологической и политической нейтральности. И пусть атомные станции строит и оснащает тот, кто это умеет делать.